Генподрядчиком Зенит-Арены сорвано исполнение графика работ

Хави Гарсия: Дзюба не даст нам забыть про тоннель

Экс-форвард Актобе Михалев близок к переходу в российский клуб

Деконструкция Федора Емельяненко

«Москва содрогнется», - обещал на взвешивании перед боем Емельяненко - Мальдонадо в Санкт-Петербурге голос ринг-анонсера Александра Загорского. Ролик с его голосом был из промо от совсем другого шоу, его крутили, пока зрители ждали начала пресс-конференции, но Загорский не обманул. Содрогнулись. И Питер, и Москва - все. Кровавый кошмар, нелепая в своей жестокости бойня там, где ожидалось осторожное мягкое поглаживание и массаж шиацу.

Пускать публику за кулисы большого боя - опасно. Самые чувствительные могут потерять самообладание от радостного возбуждения, другие получат сердечный приступ от увиденного, с ними навечно останется чувство разочарования от несоответствия всего каким-то своим внутренним ожиданиям. Этот бой словно отправил тех, кто его смотрел именно туда - в маленькое личное чистилище, где происходит разделение на тех, кто видит мужество, преодоление и героизм и тех, кто интерпретирует все как ответный кармический удар, наказание за гордость, за попытки манипулировать или скормить публике под видом супербоя мисматч, фарс, подставу.

Точно так же одни сейчас видят в поединке победу Федора - заслуженную, а другие - ограбление бразильца, который почти уничтожил Емельяненко в начале боя.

ЕМЕЛЬЯНЕНКО ВЫЯСНЯЛ ПРО СЕБЯ МНОГО ИНТЕРЕСНОГО

Фабио Мальдонадо не выглядел угрожающе ни когда принимал позу на весах, ни когда смотрел Федору в глаза. Он не выглядел опасным, пока шел в клетку под бразильскую мелодию и пока ждал там Федора. Затем все 8 с лишним тысяч человек на арене встали и вытянули над головой руки с мобильными телефонами и фотоаппаратами, снимая, как идет к рингу Федор Емельяненко. Музыка нагнетала. Загорский срывал голос. Все то сидели на своих местах, то стояли, то подпрыгивали, махали флагами, счастливо смеялись так, будто сейчас будет происходить что-то веселое и забавное, а не два бойца начнут рвать друг друга на куски… Все не может быть так хорошо и спокойно, не могло так просто закончиться - боем как во всех последних боях Федора в России и Японии, когда первая же атака валит соперника на пол, и все затем предрешено.

Федор Емельяненко прошел большой путь, от японского импорта, представителя странного и малопонятного прежде спорта, победах которого многие знали скорее по рассказам, до фигуры полумифической, в которой каждый мог увидеть то, что ему больше хотелось и чего недоставало в жизни - он олицетворял победы российского спорта, торжество патриотизма, даже в какой-то мере православную веру.

У нас всегда особенно хорошо обходились с теми героями, кто выиграл что-то на международной арене, и в случае с Федором все становилось еще значительнее с каждым боем, который он проводил на родине. Вполне в духе времени у нас - довести все до абсурда, и затем виновным человека, которого сами же какое-то время назад чуть ли не канонизировали.

Теперь, вероятнее всего, переосмыслению будет подвергнута и личность Федора, и его боевые навыки, и роль в развитии ММА в мире. Виной тому Фабио Мальдонадо, который не выглядел угрозой до первого удара навстречу. Три раунда Емельяненко выяснял про себя много интересных вещей, как всегда бывает, когда ты находишься на волоске от поражения, в моменте от полного провала. Если раньше мы знали, что Мальдонадо, проигравший в общем почти все важные бои в своей карьере, так себе бьет, плохо борется, не умеет адаптироваться по ходу боя и хорошо разве что держит удар - то теперь все это узнал про себя и Федор. Он оказался на одном уровне технической, тактической и физической подготовки с бойцом, которого не воспринимают всерьез уже нигде последние 4−5 лет. И это может значить, что мы ошибались в оценках Федора перед этим боем - или в том, что неправильно его оценивали в принципе.

ЖИЗНЬ БЫЛА ЛУЧШЕ ЛЮБОГО КИНО

Раньше Емельяненко всегда мог взорваться и, используя свои супергеройские навыки, как герой комикса, сломить кого угодно, но теперь его удары шли по защите или по площадям, борьбы не было совсем, а в движении, казалось, была сама клетка, а не бойцы. Раньше Федору удавалось избегать самых опасных ударов, чувствовать лучшую дистанцию и момент для атаки, но теперь у него слабо получалось предсказать действия Фабио Мальдонадо, который большую часть боя практически ничего не делал. Емельяненко не показал ничего из того, что сделало его когда-то легендарным, факт.

А если ты этого не видишь - значит, возможно, этого никогда и не было. И тогда закрадывается мысль, что главный и единственный объективный критерий величия Федора - 10 лет без поражений. Но разбирая соперников в этих боях поименно - публика точно так же делится напополам, где одни говорят о ярких и убедительных выступлениях, а другие - о странных боях, похожих на цирк или театр, и которых тоже было предостаточно в тот период времени.

В одном можно быть уверенным точно. Это было интересно и увлекательно, смотреть на то, что вытворял Федор и вытворяли с ним. Жизнь была лучше любого кино.

Режиссер Вернер Херцог угрожал убить Клауса Кински, если он уйдет со съемочной площадки «Агирре…». Федора Емельяненко - никто больше не держит в боях, только он сам. У него долгосрочных контрактов с большими обязательствами, а сейчас, после боя с Фабио, нет ничего, что он мог бы предложить UFC или любому другому промоушену - кроме своего имени на один бой. Можно попытаться продать себя в последний раз подороже, но, в конечном счете, придется оставить спорт. Более убедительного знака, что время пришло - трудно придумать.